Предыдущая   На главную   Содержание   Следующая
 
Еще один взгляд на программу "Про ЭТО".
 
Обозревателям газеты "Мегаполис-Экспресс" за свою недолгую журналистскую деятельность довелось поработать в творческом коллективе популярного ныне ток-шоу "Про это". Эфирный продукт, который достается эрегированным зрителям, к сожалению, не может вместить в себя все закулисные фишки, которые, как доказывает опыт, вызывают наибольшее возбуждение. Поэтому, мы и хотим приоткрыть вам "ларчик", в котором хранятся "использованные презервативы" и "не очень свежие прокладки" ток шоу "Про это".

Обычный съемочный день начинается часов в двенадцать, именно в это время привозят в телецентр экзотическую, заокеанскую диву - ведущую программы, Елену Хангу. Пока стилист работает над гримом, Лена пытается вникнуть в сценарий: "Катюш, а что такое пейтинг?". "Это удовлетворение друг друга с помощью рук, губ, ну, в общем, без полового акта". "А вот еще странное слово - куннилингус". "Это оральные ласки мужчиной женских половых органов". "Катюш, а давай это слово уберем, на этот раз с меня пейтинга хватит, ку-ни-кус я уже не осилю. Кстати, Танечка, твои трансвеститы уже пришли?".

***


Трансвеститы - это особая песня. Накануне один, или одна из них пришло на предварительную беседу. Воскресный вечер, все телецентровские службы могут позволить себе выходной, в отличие от нас, работников творческих. В крохотной каморке, где расположена редакция программы, раздается телефонный звонок, и слегка заикающийся голос охранника просит подойти к входу, разобраться со странной посетительницей. Выбегаю в фойе и вижу импозантную даму, кокетливо взирающую на работника службы безопасности. Охранник растерянно комкает в руках пропуск, выписанный на имя Павла Андреевича Кравчука и его же военный билет. "Клара, - протягивает наманикюренную ручищу посетительница, - Вы понимаете, я не нашла свой паспорт, пришлось взять военный билет, а господин лейтенант меня не пускает". Вы даже не представляете, насколько трудно было объяснить нормально-ориентированному лейтенанту, что перед ним не дама, а молодой парень. Слава Богу, до предъявления первичных половых признаков дело не дошло. Вообще, при общении с представителями экзотических сексуальных взглядов, главное, естественно реагировать на их выходки. Представьте, двухметрового парня восторженно задирающего мини юбку, чтобы продемонстрировать свои кружевные трусики, интимно обтягивающие пенис! В ответ ты должна как минимум прощебетать: "Какая прелесть!", а как максимум попросить примерить. А иначе хрупкое плечистое создание может обидеться, и тогда накрылись предстоящие съемки медным тазом.

***


До начала съемок остается полчаса. Толпа возбужденных подростков протопала в тринадцатую студию. Штатный психолог распихивает наиболее отвязным зрителям записочки с вопросами, которые надо будет прочитать перед камерой, шеф-редактор Андрей Лошак умоляет Тверских проституток одеть трусы и вести себя пристойно. Откуда-то сверху раздается Глас Божий: "Ё.. твою мать, опять спираль не в ту сторону крутится", - это наш любимый режиссер Костя Куц пробует микрофон. Съемочная группа давно привыкла, что Костя весьма филигранно владеет искусством русского мата и знает, что если режиссер ласково матерится, значит, съемочный процесс идет нормально, гораздо хуже, если Костя молчит. Но на неискушенного зрителя фраза типо: "Зае:сь, сняли!" действует, как ледяной душ.

***


"Катя, не стесняйся, выглядишь просто пи..ц!" - это наш режиссер подбадривает меня, отправляя на дело. Сегодня мне предстоит поработать проституткой. Задача простая: "снять" мужика, договориться о цене и услугах. На противоположной стороне Тверской улицы в НТВ-шном "Жигуленке", оператор пристраивает камеру с длиннофокусным объективом, где-то рядом гуляет мальчик-администратор - моя страховка. Я ступаю на тротуар, неподалеку от гостиницы "Националь" и холодею от ужаса: коленки дрожат, лицо становится пунцовым, несмотря на и без того яркий грим. Успокаивает ласковое прикосновение к груди радио микрофона-петли, закрепленного за бретельку лифчика и чарующий голос режиссера, доносящийся из наушника: "Ты что забыла, что ты бл..дь? Долго будешь провинциальную целку из себя изображать?". Я отклячиваю попу и делаю глупое выражение лица. Откуда ни возьмись, появляется "то ли баба, то ли виденье". Вторичные половые признаки ее верхней части тела упираются в мое хрупкое плечо. ":::", - произносит она, дыхнув мне в лицо перегаром, что в литературном переводе означало примерно следующее: "Леди, я не припоминаю, что бы Вы оформлялись ко мне на работу? Пожалуй, Вы прекрасны, но будет лучше, если Вы покинете мои частные владения, поскольку я не могу гарантировать Вам безопасность".

Мы капитулируем и переезжаем к "Детскому миру", что на Лубянской площади. Здесь я конкуренцию никому не составляю, разве что солдатикам, подрабатывающим мужской проституцией для поддержания благосостояния нашей родной Российской армии. Наконец-то меня заметили: из притормозившего "Опеля" высунулась "мечта всей моей жизни" и, поманив оттопыренным пальцем позвала: "Эй, детка, да-да, которая в юбке, а не в камуфляже". Виляя задницей, подплываю: "Покатаемся, мальчики?". "Кататься некогда, отъедем во двор, там и обслужишь". "Сколько?", - растянув ярко-малиновые губы в наглой улыбке, гундосо тяну я. "Полтишечка за нас двоих", - со знанием дела сообщает мой "добродетель". "Сколько?: - улыбка покидает мои сахарные уста, - Ты, импотент вонючий, я тебе что, вокзальная шлюха? Да у меня маникюр дороже стоит!". Где-то в ушах звенит голос Кости: "Катя, Катя, успокойся, не срывай съемку, я тебе сам сотню доплачу". Мордоворот вылезает из машины и, кажется, собирается взять бесплатно то, что я не согласилась продать ему за пятьдесят долларов. Ситуация критическая, и если бы не администратор, вовремя подоспевший, и объяснивший мизансцену в редакции ток-шоу "Про это" стоял бы мой некролог.

***


Съемки программы в самом разгаре. Полуобнаженный юноша демонстрирует мужской стриптиз, оставаясь в одной набедренной повязке. Женская половина студии размазывает вожделенные сопли по лицу, судорожно сглатывая воздух. За кулисами тишина, вся съемочная группа "прилипла" глазами к дыркам в декорации, операторский кран пытается въехать объективом прямо между ног стриптизеру, даже шеф-редактор программы, который во время съемок не отрывая взгляда от сценария, подсказывает ведущей каждую реплику, и тот высунул голову из-за кулис. Групповой кайф ломает голос режиссера: "Все, пи:ц, сняли". Ханга карабкается по рядам, пихая в нос предоргазменным зрителям микрофон, те вяло сопротивляются. Откуда ни возьмись, выныривает маленькая пухлая брюнетка - психолог программы, и, толкая зрителей в бока, кричит: "Эй вы, инертная куча, что сидите, как импотенты?". Помимо выражения "инертная куча" у нашего психолога было в употреблении еще несколько красноречивых фраз, легко затыкающих за пояс словарный запас Эллочки-Людоедочки. Выражение: "Он ням-нямка, облизунчик" обозначало, что будущий герой согласится играть любую роль, лишь бы его выпустили на сцену. А фраза: "Он чудная блевотинка" говорила о том, что герой полный извращенец. Так тонко и незамысловато давалась характеристика человеку, желающему поучаствовать в программе, и на основании этой характеристики выбирались темы, писались сценарии, снимались программы:

***


Поздний вечер, почти ночь, мы ждем героя, пожелавшего рассказать о тантрическом сексе. В 22:10, с опозданием в сорок минут он является. Первый ужас мы испытали, когда он вошел в комнату - копия известного маньяка Чикатило, только совершенно лысый череп в форме лимона: на сферической макушке выступает шишка размером с грецкий орех. Гостеприимство вытесняет первоначальный страх и за чашечкой кипяченой воды - наш гость не пьет ни кофе, ни чай, мы узнаем тайну тантрического секса. Если отбросить всю религиозную шелуху, то суть рассказа вполне ясна: мужчины и женщины собираются на своеобразный шабаш и, расположившись вокруг костра, занимаются самоудовлетворением, выброс сексуальной энергии они посвящают Космосу. Банально, если бы не одна особенность: тантристы не допускают выброса семени, считая это непозволительным расточительством бесценного бальзама. В момент оргазма мужчина стимулирует одну очень хитрую точку, находящуюся за половым органом и семя остается в нем. По утверждению нашего гостя это весьма полезно. Мгновенно оживившись, пытаемся выяснить точное расположение "волшебной точки". Ведь это ж, какая благодать: ты занимаешься сексом с мужчиной, при этом гарантированно защищена от беременности!

***


Съемочный процесс неспешно преодолевает второй час. Ханга по-прежнему пытается добиться от зрителей хоть какой-то реакции, те тихо дремлют под жаркими лучами софитов. Кто-то у всех на виду тискает свою подружку, кто-то "утоляет жажду" допивая очередную бутылку пива: Какой-то сексуальный маньяк с любопытством разглядывает шоколадные ноги ведущей, опускается на колени, проползает между рядами и приникает губами к свежей царапине - минутой раньше Ханга, перешагивая через деталь декорации, поцарапала ногу, и теперь алая капелька медленно стекает по смуглой коже. Истошный визг Ханги останавливает съемку, пользуясь паузой, часть зрителей покидает свои места.

***


В нашей маленькой каморке мы ведем съемки сюжета к программе "Секс на телефоне". Владелец одноименной фирмы договаривается, чтобы заказ переслали на наш редакционный телефон. В комнате кроме нас обеих, оператор с камерой, режиссер Костя, шеф-редактор Андрей и вышеназванный знаток телефонного секса. "Катя, когда будешь говорить с клиентом, откинься на стуле, так эротичнее", - дает последние наставления Костя. Часа в два ночи раздается долгожданный звонок, низким субтоном отвечаю: "Да, милый, я так ждала тебя, что вся намокла, не хочешь ли попробовать, какая я внутри горячая:.", - читаю я, написанный заранее текст. Минут десять я "снимаю с клиента остатки одежды и вылизываю его волосатый соленый торс". Когда мой язык "добирается до его соблазнительного дружка", я слышу в трубке отрывистое дыхание и начинаю тихо подстанывать. Костя показывает жестами, чтобы я свободной рукой обняла себя за грудь, и дает оператору команду приблизить план. Клиент в трубке издал подобие звериного рыка, а я продолжаю удерживать его у телефона: "О, мой тигр, еще, еще глоток, твоя сперма по вкусу похожа на морскую волну, напои же меня досыта:" Краем глаза замечаю, как Андрей, украдкой стирая пот со лба, покидает комнату, Костя довольно потирает ладони и делает знак, чтобы я изобразила голосом оргазм, я издаю последний стон и вешаю трубку. Владелец телефонной фирмы недовольно смотрит на часы: "Восемнадцать минут, это мало, мои девочки иногда по полтора часа клиента держат". Возвращается шеф-редактор, стыдливо пряча похотливо блестящие глаза.

***


"Встречайте, наш герой Анатолий", - Елена Ханга в отчаянии махает рукой, - Костя давай еще дубль". "Лена, ну что за ё.. твою мать, неужели имя героя запомнить не можешь?". Вернувшись на исходную точку, Лена "делает улыбку": "Встречайте, наш герой Анатолий, фу, ты:". "Антон", - скандирует зал. После шестого дубля, наконец, выходит герой.

А в это время в коридоре телецентра продюсер программы Болат Акунов раздает девочкам автографы, и вовсе не потому, что он продюсер популярного ток-шоу, а потому, что как две капли воды похож на Мурата Насырова. На самой первой летучке, Болат "оптимистично" предрек: "Через полгода вы станете либо фригидными, либо сексуально развращенными". Самое забавное, что наибольшей сексуальной агрессии со стороны героев программы подвергался директор. Несмотря на свою исключительную "натуральность" он пользовался бешеным успехом у геев.

***


Съемки программы - это три дня в месяц, остальное время - работа на телефоне, встречи с потенциальными героями. Звонок, беру трубку и слышу приятный мужской голос с легким акцентом. Мужчина сообщает, что хочет рассказать о сексе инвалидов. Через полтора часа он сидит у нас в редакции и внимательно смотрит мне в рот. И только тут я понимаю, что передо мной врожденный глухонемой, который читает мои слова по губам и довольно здорово говорит. До сих пор для меня остается загадкой, как же мы с ним общались по телефону.

Снова звонок: "Сейчас я выпью яд и умру, я так решила", - совсем юный голос полон решимости. Приходится работать психологом и объяснять юному созданию, что если уходит любовь, то на горизонте обязательно появляется новая. Через полтора часа "создание" соглашается еще пожить.

Очередной звонок, и совершенно детский голос, не давая вставить слова, скороговоркой произносит: "Я лежу на кровати, широко расставив ноги, и щекочу пипиську перышком, если хочешь, я и тебе пощекочу:". Попытки позвать к телефону кого-нибудь из взрослых не имеют успеха, и, не смотря на мои нравоучения, голос продолжает: "А еще я засунула в попку палец и шевелю им:" Телефонная трубка летит на рычаги.

Опять звонок: "Я порежу тебя на куски и буду съедать медленно, с удовольствием. Сначала я отрежу груди: Какой кайф жевать маленькие розовые сосочки! Я буду трахать тебя, и срезать с твоего живота тонкие полоски кожи, наслаждаясь твоими стонами. Я выверну тебя наизнанку и стану грызть изнутри:", - я застываю в ужасе, нажимаю кнопку "спикер фон", и ужасный голос наполняет комнату монотонными фантазиями:

Екатерина РОМАНЕНКОВА, Татьяна АЛЕКСЕЕВА


 
памяти Никиты Михайловского Памяти Игоря Красавина Записки журналиста